ESG: как преодолеть кризис устойчивости?

Дата проведения: 31 марта 2022
Место проведения: Москва

О мероприятии

Сохранит ли экологическая тема актуальность в изменившихся условиях – эту тему обсудили участники Практической конференции «ESG-трансформация и устойчивое развитие». Конференция состоялась в Москве 31 марта -1 апреля 2022 года, она была организована компанией MSB Events при поддержке Forbes Club.

По оценкам консалтинговой фирмы Opimas глобальный рынок ESG-данных к 2025 году должен был достичь $5 млрд. До недавнего времени этот подход выглядел как вполне реальный – к теме ESG проявляли устойчивый интерес правительства, крупный бизнес, общество, инвесторы. В ответ на этот интерес активно развивались ESG-рейтинги и институты экспертизы. Так, например, в 2019-2020 годах в США и Западной Европе произошло как минимум 12 крупных сделок M&A среди рейтинговых агентств с участием компаний MSCI, Moody’s Corp, Sustainalitics, Thompson Reuters, LSE, S&P Global и др. Однако события последних месяцев заставляют пересматривать и корректировать походы к реализации проектов устойчивого развития.

Каким будет будущее глобальной повестки ESG, какую тактику поведения выберут отечественные предприятия, как расставить приоритеты и на что ориентироваться при реализации проектов устойчивого развития? Ответы на эти вопросы получили участники конференции

«Есть много признаков того, что концепция ESG как конкурентная стратегия, призванная создать долгосрочное конкурентное преимущество прежде всего для стран Евросоюза на внутреннем и международных рынках, подвергается ревизии, – считает одна из спикеров конференции Екатерина Кравцова, маркетолог, эксперт по устойчивому развитию, управляющий партнер платформы проектов устойчивого развития NPO Adviser. – Напомним, что ее истоки находятся в британских индексах FTSE4Good, появившихся в начале нулевых, как рекомендации пенсионному фонду Великобритании при формировании портфелей учитывать социальные, этические и экологические аспекты ведения бизнеса.

В 2020 году эта идея получила идеологическую огранку в концепции «капитализма стейкхолдеров», озвученной Томасом Швабом на полях Всемирного экономического форума. Согласно этой концепции, смысл бизнеса состоит не в максимизации прибыли для акционеров, а в создании ценности для многих групп влияния: клиентов, работников, местных сообществ, государства. Акционеров и инвесторов в том числе. Как следствие, стоимость бизнеса формируют не только финансовые показатели, но и так называемый импакт».

Принято считать, что основными драйверами ESG-повестки являются инвесторы, потому что устойчивые компании демонстрируют более высокую доходность и их акции быстрее растут в цене. Однако это не совсем так. В 2021 году компания Deloitte опросила руководителей более 2000 компаний. Это исследование показало, что основное давление на бизнес оказывают регуляторы и правительства (77%). За ними следуют потребители и клиенты (75%), а инвесторы, банки и кредиторы значительно отстают (71% и 55% респондентов). Другими словами, с точки зрения бизнеса стимулы ESG повестки в большей степени политического, а не экономического свойства.

Еще один повод для ревизии ESG – его низкая эффективность для достижения целей устойчивого развития в глобальном масштабе. ESG не приближает, а отдаляет нас от цели устойчивого развития, которая заключается в снижении глобального неравенства и сбалансированном развитии стран и регионов. Потому что конкурентная природа ESG не способствует достижению политического консенсуса в целеполагании на национальных уровнях, стандартизации требований и вовлечению бизнеса в формирование климатической политики, которые являются основными условиями достижения глобальной устойчивости.

Так, например, консалтинговая компании Accenture в своем опросе 640 финансовых директоров компаний с выручкой от $1 млрд фиксирует растущее неравенство стран и регионов из-за того, что основная масса инвестиций направляется в страны Северной Америки и Западной Европы, а на развивающиеся рынки идет только 5% инвестиций. Также компания фиксирует фрагментацию ESG-регулирования вследствие различий национальных приоритетов устойчивого развития и технологическое отставание «глобального юга», которое снижает результативность глобальных усилий по ESG повестке.

Политическая природа ESG затрудняет интеграцию принципов устойчивого развития в бизнес-стратегии. Согласно опросу той же Accenture 53% компаний обновили свою миссию и видение в соответствие с ESG, но около половины из них не понимают, какие метрики и KPI использовать для достижения целей устойчивого развития.

В качестве одного из вариантов KPI компании используют достижение определенных позиций в ESG-рейтингах. Казалось бы, это хороша идея, объективный показатель, отражающий степень устойчивости компании. Но по факту это далеко не так.  Согласно исследованию MIT Sloan School of Management до 10% компаний, имеющих высокий ESG-рейтинг у одного агентства, у другого могут находится среди 20% худших. Кроме того, официальный рейтинг никак не влияет на восприятие устойчивости компании со стороны общества.

Американское репутационное агентство RepTrak на выборке из 250 компаний S&P500 выяснило, что только 10% компаний с высоким официальным ESG-рейтингом пользуются адекватной ему репутацией устойчивости. А между тем согласно Sustainalitics 70% покупателей в возрасте до 40 лет готовы платить компаниям ценовую премию за устойчивость.

ESG-рейтинги по сути своей стали инструментом глобального распределения капиталов. Как иллюстрация, наиболее авторитетные рейтинговые агентства, на которые ориентируется бизнес из многих стран мира, находятся в США, несмотря на то, что в США отсутствует таксономия в области экологии.

Весной 2022 года российские компании были исключены из международных ESG-рейтингов, для чего, например, агентству Sustainlitics пришлось пересмотреть свою методику присвоения рейтингов. Вряд ли факт отзыва рейтинга отражает реальное падение нефинансовой устойчивости компаний, некоторые из которых были международными лидерами в своей отрасли.

Есть ли в этих условиях смысл российским предприятиям продолжать историю устойчивого развития? Да, считают участники конференции. Более того, при правильной постановке вопроса мы можем извлечь выгоду нынешней ситуации.  Она заключается в том, что теперь отсутствует необходимость ориентироваться на ESG-рейтинги, зачастую с негативными последствиями для бизнеса. Как следствие, отпала необходимость в разработке ESG-стратегий, которые часто создавались параллельно с бизнес-стратегиями и которые потом сложно было гармонизировать. Вместо этих искусственных манипуляций гораздо продуктивнее внедрить метрики, связанные с устойчивым развитием, в действующие бизнес стратегии так, чтобы они помогали достижению средне- и долгосрочных бизнес-целей, а не обременяли их.

Участники конференции предложили несколько простых шагов, которые повысят устойчивость бизнес-стратегий компаний:

  1. В процессе реализации стратегических инициатив включайте мероприятия и KPI, которые будут повышать устойчивость компании.
  2. При расстановке приоритетов и распределении финансирования между проектами не забывайте про критерии устойчивости. При прочих равных отдавайте приоритет более устойчивым проектам.
  3. Включайте критерии устойчивости в оценку эффективности каждого завершенного проекта и используйте достигнутый эффект как бенчмарк при планировании следующих.

Фото: MSB Events


Другие мероприятия